Персональные инструменты
Счётчики

Самурай/Жизнь и деяния

Материал из Lurkmore
Перейти к: навигация, поиск

Это подстатья-включение в основную: Самурай. Плашки, навигационные шаблоны и стандартное оформление здесь не нужны!

«

Если ты появился на свет в старинном самурайском роду, достаточно лишь глубоко задуматься над верностью предкам, презреть тело и разум и всецело посвятить себя служению хозяину. Можно считать удачей, если ты, к тому же, наделен мудростью и талантами, и умеешь правильно воспользоваться ими.

»
— Хагакурэ

Прежде всего, надо заметить, что отличия между образами жизни самурая в разные эпохи — колоссальные. К примеру, типичный буси эпохи Эдо — нищеброд либо очень близко к тому, стремящийся быть аристократом, а классический буси эпохи Хэйан — самый настоящий аристократ, но живущий в замкадье и пытающийся косить под брутального варвара. В любом случае надо понимать, что ни буси, ни самурай — ни в коем случае не синонимы понятия «аристократ» (или владетельного дворянина), хотя эти множества и пересекались — в разной степени, в зависимости от эпохи и обстоятельств.

Содержание

[править] В эпоху Хэйан

平安時代, (794—1185)

Действительно, самая мирная эпоха в Японии, когда у власти были геи и негеи, метросексуалы и трапы — и все поголовно пацифисты, основным времяпрепровождением которых были сочинительство стихов и, в зависимости от ориентации, либо ебля в жёппу[1], либо походы по бабам равным по сословию особям женского пола. Зашкаливающее количество ахтунгов аристократы компенсировали многожёнством. Причём муж мало чем отличался от героя-любовника: каждая жена продолжала жить у своих родителей, а муж лишь по очереди у них гостил.

Сами мы местные…

В связи с общим настроем, отношение к военному делу и воинам было крайне презрительным, назначение даже на высокую военную должность считалось наказанием. Вся аристократия жила исключительно в столице, и потому худшим наказанием считалось изгнание из столицы. А в японском замкадье жизнь была суровой: порою поднимались крестьянские восстания, а кое-где шли войны с настоящими варварами — アイヌ. С суровыми косматыми мужиками, исконными обитателями Японских островов и лежащих к северу от них земель. Доставляет, что с точки зрения европейцев айну обладают внешностью белого человека. Из-за этого японцы, привыкшие, что человек такой внешности — дикий варвар и уж никак не может технологически превосходить цивилизованных японцев/китайцев/корейцев, впервые столкнувшись с европейцами, испытали нешуточный разрыв шаблона. Кстати говоря, самурайская культура и техника ведения боя во многом восходят к айнским боевым приёмам, а отдельные самурайские кланы по происхождению — айнские, наиболее известный из таких — клан Абэ.

В общем, изгнанным из столицы аристократам не оставалось иного выбора, кроме как изучать военное дело, чтобы выжить. И становились не кем-нибудь, а конными лучниками. Что позволяло как съебать от пеших айнов, так при случае и нагнать съёбывающих, и не таскать тяжеленный доспех на своих двоих. Не говоря уже о том, что это престижно, так как кони в Японии из-за отсутствия естественных пастбищ стоили дорого. Собственно самураями в Эпоху Хэйан называли вооружённых пеших слуг, а благородных конных воинов называли буси. Но в последующие эпохи эти два слова стали синонимами.

В соответствии с духом эпохи, даже несмотря на то, что некоторые самурайские кланы вели своё происхождение от покинувших столицу потомков Императора, кугэ (公家) стереотипно воспринимали воинов, живших за пределами столицы, как диких полуварваров. Но и сами буси тоже любили потроллить столичных аристократов, выставляя своё «варварство» напоказ. Например, сожрав на виду у всех сочащуюся кровью сырую печень только что убитого врага — особенно брутальным считалось сожрать её на глазах самого умирающего врага. Впрочем, можно было просто ограничиться отпусканием бороды и усов в сочетании с косматыми волосами на голове — а-ля айн. Конечно, не все буси так «дико» выглядели: живущие недалеко от Столицы имели более цивилизованный вид, а некоторые даже, подобно тогдашним трапам и ахтунгам, чернили зубы. Быть гомосятиной во все времена среди самураев было не западло, просто в эпоху Хэйан в отличие от эпохи Эдо считалось «какой же ты брутальный варвар, если ты ахтунг? варвар не может быть ахтунгом!».

[править] В эпоху Гэмпэй

Концовка эпохи Хэйан, которая в аспекте изменившегося отношения к самураям — совсем уже не Хэйан

Эпоха Хэйан фактически кончилась в тот момент, когда в 1156 к власти ВНЕЗАПНО пришёл военный диктатор из дома Тайра. А клан Минамото решил «я тоже хочу», так как и те и другие были родственниками Императорского Дома, более того — потомками Принцев Крови. Первая попытка залупнуться кончилась фэйлом. Но, после смерти диктатора, клан Минамото вновь поднял голову, и началось масштабное месилово, кончившееся окончательным выпилом дома Тайра.

Одной из особенностей данной эпохи была традиция перед поединками выкрикивать свою родословную с подвигами предков и не нападать, не дождавшись завершения ответной тирады противника.

[править] Сёгунат

Точнее, два сёгуната — Пафосный Сёгунат Камакура династии Минамото и частично Сёгунат Муромати династии Асикага.

Тру-классика, когда самураи находились у власти, а страной правил сёгун. Вообще-то Сёгунат Токугава тоже считается классикой, но лишь потому, что он ближе всего к нашей эпохе. В XVII веке были ещё живы те, кто бодрячил при основателе династии и последнем из «трёх объединителей Японии» Токугаве Иэясу, и их деятельность была тщательно задокументирована и известна во всех подробностях. Но вот ТРУ считается именно период между войной Гэмпэй и смутой годов Онин, сперва проходившей только в столице, доставляя лулзы колхозникам, но плавно перетёкшей в беспредел, известный в истории, как Сэнгоку дзидай — 戦国時代. Тут уже всем стало не до смехуёчков.

Тру потому, что самураи тогда действительно вели образ жизни, считающийся достойным сабжа. При Токугаве было дохуя нищебродов, не имевших за душой ничего, кроме своего меча, и даже самураи «при господине» порой еле-еле сводили концы с концами. А в период Камакура (鎌倉) и в начале Муромати «бедность» самурая означала лишь, что вместо пафосного и дорогущего доспеха «из настоящих мелких пластин» он носил недорогой панцирь «из фальшивых мелких пластин». Внешне он выглядел так же, как и «тру-амуниция» — естественно, имитация тоже стоила некоторых денег. Самурай же среднего достатка мог себе позволить тру-ламелляр, но не коня. Но даже когда Сёгунат Муромати скатился в сраное говно, превратившись вместе с Императорским Двором в фикцию, и начался всеобщий пиздец, бедные самураи могли позволить себе доспех, правда, уже без выебонов вроде имитации дорогого.

Лулз эпохи Муромати: 

Война между Северным и Южным Императорскими Дворами — фактически самая мирная из войн с участием самураев. Формально война длилась более шестидесяти лет и вроде бы являлась самой настоящей братоубийственной гражданской войной. Но на деле главы самурайских кланов не горели желанием воевать ни за Южный Двор во главе с Императором, ни за Северный Двор во главе с Сёгуном и марионеточным Императором. А так как ни Сёгун, ни Император не признавали нейтралитета и требовали воевать на стороне законного правительства против мятежников, то каждый клан делился на две половинки, воевавшие друг с другом столь кровопролитно, что часто после битвы не было ни одного убитого! Нет, стороны не ломали комедию и не притворялись — просто сражались предельно честно и высоконравственно, поскольку бились обычно члены одного и того же клана между собой, и на соседние територии, во избежание лишних инцидентов, по возможности старались не лезть. Потому перед сечей воюющие неспешно строили полевые укрепления, благородно не мешая друг другу. А в день битвы вели перестрелку из-за полевых укреплений с использованием лишь достойнейшего оружия — самурайского лука. Битва завершалась либо ничьей, либо тот, у кого кончились стрелы или провиант, объявлял об отступлении, а противник великодушно не мешал и не преследовал его.

Конечно, случались и кровавые битвы с настоящей резнёй — когда таки приходилось воевать с чужими. Но большая часть сражений происходила между своими и почти без убитых.


[править] Сэнгоку Дзидай (Эпоха воюющих царств)

Японская эпоха 戦国時代: 1477—1603; китайская эпоха 戦国時代: 5—3 вв. до н. э.[2]

Время полного беспредела! К примеру, в Кодекс Чести вошло (и там осталось) нападать без всякого предупреждения. А некоторые школы кэн-дзюцу отрабатывали методы неотразимого нападения втроём на одного. Не говоря уже об искусстве иай-дзюцу, суть которого — как только собеседник потянулся к мечу, успеть выхватить свой меч раньше. Тогда же сформировался японский этикет вежливости, базирующийся на том, что собеседник, с которым только что мирно пили чай, при любом резком движении хватался за меч. К примеру, при совершении поклона сидя, первой на пол кладётся левая рука, а правая остаётся наготове, чтобы, если что, выхватить меч, и только затем на пол кладётся и правая рука. А когда меч кладут на пол, его не поворачивают рукоятью к собеседнику, чтобы ему вдруг не вздумалось за неё схватиться. Если в европейском этикете протянуть колюще-режущий предмет рукоятью вперёд считается демонстрацией вежливого доверия, то в японском этикете подобное, как и просто положить меч рукоятью к собеседнику, означает «ты лох!». Впрочем, есть и альтернативное мнение.

Алсо в эту эпоху встречались как «бомжующие» императоры — без дворца, так и сёгуны — без замка. И хотя с ними никто не считался, титул сёгуна не утратил привлекательности, и удельные князья мечтали стать регентом при марионеточном сёгуне (собственно сёгуном мог стать только потомок рода Минамото, потому большая часть властителей всего лишь «скромно» мечтала о титуле регента). Причём мечтали не только даймё, но и простые самураи и даже вчерашние крестьяне, попавшие в армию. Из-за постоянной войны всех против всех, хорошо показавший себя в бою вчерашний крестьянин имел вполне реальные шансы дослужиться до самурая, а последний вполне реально мог рассчитывать на высокие командные должности (вплоть до «верховного главнокомандующего», Тойотоми подтверждает).

Не говоря уже о том, что эта эпоха получила печальную известность своими предательствами, когда военачальник, пользуясь моментом, внезапно убивал своего господина и занимал его замок. Породив японский мем 下克上, аналогичный по смыслу русскому «из грязи в князи». Впрочем, самому предавать было не обязательно, можно было просто оставить своего господина «наедине» (сотня-другая телохранителей и прочих статистов не в счёт, главное — без значительной армии) с ненадёжным отморозком и, дождавшись измены, загореться идеей о справедливой мести ренегату за смерть господина.

[править] Сёгунат Токугава (aka Эпоха Эдо)

правление Сёгунов из династии Токугава со столицей в 江戸 (ныне 東京) 1603—1868

Известна зашкаливающим количеством самураев-нищебродов. В ту эпоху ронины стали настоящим мемом. Чтобы искоренить возможность мятежей, правительство старалось подорвать могущество удельных князей даймё (大名), чтобы они больше не могли иметь и содержать большие личные армии. Для этого их вовлекали во множество прямых и косвенных расходов. Каждое «небольшое разорение» даймё оборачивалось реальным разорением самураев, получавших от них жалование.

Для борьбы с потенциальными мятежами правительство постаралось изъять всё огнестрельное оружие, в том числе и у самураев. Некоторые ошибочно полагают, что они сами добровольно отказались от огнестрельного оружия, предпочтя меч. На самом деле, отказ был добровольно-принудительным, а в предыдущую эпоху наличие пары мечей никак не препятствовало ношению ещё и огнестрела. Правда, не настоящего пистолета, которые японцы делать не умели из-за сложного механизма колесцового замка[3], а просто лёгкой пищали с фитильным замком. Для стрельбы требовалось заранее зажечь фитиль, потому пищаль пускали в ход, только если было время на манипуляции с ним. Иначе предпочитали браться за меч, всегда готовый к бою. Но Токугава положили конец появившейся было в конце Сэнгоку привычке самураев таскать помимо мечей на всякий пожарный и огнестрел.

В эпоху Эдо также возникли якудза, изначально представлявшие собой попытку быдла справиться зерг-рашем с беспределом, творимым ронинами, однако вскоре «крыша от ронинов» превратилась в характерное «тебя никто не трогает? нет? значит плати за крышу!», и «благородные доны» сами становились нагибателями и угнетателями. Надо заметить, что смелыми мафиози были лишь против самураев внеклановых, то есть ронинов. А любая попытка залупнуться на самурая, состоящего в клане, грозила зилот-рашем с предсказуемым для якудза результатом.

Поскольку многие самураи эпохи Токугава уже не могли позволить себе дорогие развлечения, доступные придворным аристократам — кугэ,[4] то тру-wannabe-аристократы, ввиду ограниченных финансов, из всех аристократических развлечений нередко выбирали вакасюдо — 若衆道. Именно в этот период среди самураев стараниями wannabe-аристократов получила широкое распространение голубая ориентация. Особенно этому посодействовал фимозный запрет Сёгуната на игру женщин в театре кабуки (歌舞伎)[5]. Запрет был введён по причине моралфажества и борьбы с дополнительным заработком актрис театра Кабуки — таю. В результате запрета место актрис заняли ахтунги, породив шаловливую разновидность искусства яро-кабуки — 野郎歌舞伎. А бедняжки-таюшки, переехав в квартал к гейшам, отсутствие актёрского заработка компенсировали такими заоблачными ценами, что драть их мог себе позволить только VIP-театрал, обычному же самураю были по карману лишь актёры женских ролей — кагэма.

Другой памятный мем эпохи Токугава — «усыновление». В общем-то усыновления самураями происходили и раньше, но именно в эпоху Токугава это стало мемом и объектом японских анекдотов. При том, что официально апгрейд простолюдинам касты был запрещён, расплодившиеся нищеброды благородного происхождения открыли альтернативный путь перехода в сословие самураев. Богатый буратино теперь мог договориться с находящимся по уши в долгах нищебродом, отягощённым хорошей родословной и отсутствием достойного наследника, об усыновлении. Что, естественно, вызывало здоровые смехуёчки у других самураев и не только у них (за спиной, ибо смеяться в лицо имеющему привычку, чуть что, хвататься за меч самураю было чревато). Лулзом было и то, что усыновляемый нередко оказывался отнюдь не маленьким мальчиком, а взрослым детиной, в анекдотах же порою сам годился в отцы усыновителю.

Обилие у многих самураев свободного времени и нехватка бабла на развлечения привели к тому, что «искусства» дзюцу стали превращаться при помощи СПГС в «пути» до. К примеру, «искусство меча» кэн-дзюцу ⇒ «путь меча» кэн-до. С одной стороны, путь сей, благодаря чётким правилам и защитному снаряжению, даёт дохуя экспы для прокачки умения обращаться с мечом, а с другой эти же правила запрещают по-настоящему эффективные боевые приёмы, поражающие не прикрытые защитным снаряжением места. Более того, если в прежние времена самурай на всякий случай изучал все основные виды оружия, учился плавать и, если позволяли финансы, воевать на коне, то теперь, занимаясь «до», мог спокойно забить на всё, кроме избранного «Пути».

[править] Бакумацу (мун. 幕末, буквально «конец сёгуната») и реставрация Мэйдзи

Во-первых, ближе к новому времени самураи превратились из фичи в эпический баг. Всякие бизнесы, выращивание нямки и вообще любой ручной труд, приносящий доход, считались для них недостойным занятием. Самураям полагалось только воевать и управлять. Из-за тотальной военной диктатуры таких «эффективных менеджеров» страна не развивала нанотехнологии и экономику. Застыв на уровне средневековья, к девятнадцатому веку Япония скатилась в сраное говно.

Во-вторых, задолго до этой вашей «летучей демократии» пиндосы практиковали «демократию плавучую». В 1853 эскадра некоего М. Перри, мирно разбомбив пригороды Эдо(позднее Токио), анально принудила сёгунское правительство к открытию свободной рыночной торговли с Америкой и Европой. Поток товаров, хлынувших из индустриальных стран в феодальную Яойнию, привёл к тотальному обнищанию и разорению всего местного отсталого производства. В результате страну наводнили тысячи радикально настроенных самураев и им сочувствующих.

Этими двумя явлениями не замедлили воспользоваться люто довимые сёгунатом удельные князья, которые, по чистому совпадению, позорно нарушив нормы Бусидо, занялись предпринимательством. В итоге, под лозунгом «Да здравствует Император, долой варваров!», японские буржуи с помощью европейского оружия и местного быдла устроили единственную в мире «монархическую революцию», разогнали ссаными тряпками сёгунат и запилили императорскую власть (ЧСХ, император тогда был совсем малолетний).

Доставляет то, что в результате нихуя не изменилось: новое правительство по-прежнему продолжило торговать с европейцами, а особо радикальных националистов из числа бывших союзников новая власть повыпилила силами бывших войск сёгуната.

Моар лулзов об этом.

[править] После Реставрации Мэйдзи

Бродит мнение, что на этом самурайству пришёл пиздец, но это не так. Просто на смену самураям, вооружённым катаной и пафосом, пришли самураи, вооружённые баблом, родовыми связями и Ымперскими амбициями. Они преспокойно заняли все важные посты в государстве, крышуя молодые японские компании (дедушек современных японских корпораций) или запилив свои. Это называется «дзайбацу» (財閥) — эпичная смесь из бандитов, коммерсантов, зарождающихся промышленников и государственных чиновников, то есть такой себе Газпром, только без блэкджека и шлюх. Эталонный пример — Mitsubishi. А что будет, если все важные посты в правительстве раздать таким олигархам? Правильно, государство будет работать на обеспечение им профита.

Учитывая повёрнутость этих олигархов-самураев на военных традициях и нужду в колониях, итог мог быть только один — упорные попытки нагнуть всех своих соседей. Отсюда — войны с Кореей, Китаем, Россией, Америкой, Британией и более мелкой шелупонью. Главными в этом конечно были самураи типа адмиралов Того, разгромившего русский флот при Цусиме, или Ямамото, спланировавшего Перл-Харбор.

Японцы, особенно самурайство, смотрели на инородцев, как на недолюдей, со всеми вытекающими. Поэтому во всех таких войнах руководимая самураями армия вела себя бессмысленно и беспощадно, не щадя ни себя, ни других. Примеры: дохуя офицеров, натурально жравших мясо военнопленных, чаще всего американских, для «поддержания самурайского духа», или выпиливание китайцев миллионами, в том числе вручную. Над остальными пленными ставили опыты, благодаря которым, например, науке известно, на сколько процентов человеческое тело состоит из воды. Как узнали? Выпарили заживо десяток бесполезных гайдзинов.

Себя японцы не щадили тоже, почему последние аккорды в истории самурайства во Второй Мировой войне прозвучали особенно эпично. Про камикадзе знают все, про Хиро Оноду и подобных ему персонажей — многие. Эталонный пиздец произошел в битве за остров Сайпан. Когда боеприпасы закончились, японские войска, вооружённые катанами и бамбуковыми копьями, пошли в свою последнюю атаку. Внезапным ударом они прорвали первую, вторую и третью линии американской обороны и полегли лишь под обстрелом с суши, воздуха и моря.

В общем, так эта жесть и продолжалась, пока в небе пиндосы не познакомили японскую общественность с энергией мирного атома в Хиросиме и Нагасаки, а на континенте в войну не вступил Советский Союз. В частности, знаменитая Квантунская армия получила неиллюзорных пиздюлей от двух Дальневосточных фронтов и Забайкальского фронта. После разгрома Японии и во Второй Мировой войне японцы возложили ответственность за этот лютый фэйл на самурайство. Анальному доминированию самураев в Японии пришёл конец, и она стала такой, какой мы её знаем — няшной и кавайной.

  1. именно тогда голубая ориентация стала у японцев считаться признаком тру-аристократизма [пруфлинк?]
  2. Те же иероглифы, что и в названии китайской эпохи Чжаньго Шидай, ибо знание китайской истории и умение проводить параллели с ней считалось в Японии (алсо в Корее и Вьетнаме) признаком хорошо образованного человека.
  3. Помимо сложности изготовления самого механизма с обилием зубчатых колёсиков, нужна была ещё и технология изготовления хорошей пружинной стали — колесцовый замок, заводившийся ключом, приводился в действие закрученной в спираль пружиной
  4. Лулз здесь в том, что на киотский двор к тому времени все дружно забили, и не один император коротал унылые дни за облезлыми стенами своего дворца, сочиняя печальные стихи о протекающей над его головой крыше, починить которую было не на что
  5. Если альтернативное название театра кабуки 歌舞妓 прочитать не слитно, а раздельно (歌 舞妓), получится «поющие майко», а если как 歌 舞 妓 — то и вовсе «поющие и танцующие куртизанки»; более того, первые 25 лет существования театр Кабуки был на редкость кавайным: все роли, включая мужские, игрались исключительно актрисами!